Пишу про книги, книжные премии, переводы, обложечки и всякое околокнижное.

Без рекламы, без вп :)

Пишу, читаю. Связь по космосу и по адресу: @cuorecaldo

Ойген Руге - Дни убывающего света
(перевод с немецкого Елены Штерн. М.: Логос, 2017. - 376 с.)
🇩🇪

Сейчас во всех крупных СМИ Германии блоками выходят новости про одно из главнейших событий в Европе второй половины XX века – падение Берлинской стены.

В этом году юбилей – стены "не стало" тридцать лет назад, 9 ноября 1989 года, а период с октября 2019 по октябрь 2020 годов решено считать юбилейным годом Германского единства. В связи с этим все сейчас обсуждают всякое: Трамп в поздравлении Германии цитирует «Фауста» Гёте (но в подарок кусок стены, как символ мира без стен, принимать не стал), неупоминание Меркель в своей речи участие в этом событии СССР (впрочем, за нее это сделал президент ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер), концерты, инсталяции и фейерверки в Берлине - в общем, у людей праздник.

Приурочу: на наших яснополянных чтениях мы читали роман Ойгена Руге «Дни убывающего света» - один из тех, где вот про всё это, про разделение стеной страны, но больше – людей, про её крах, но и про крах семейных отношений. Какое-то время роман у нас занимал первое место, а потом его обогнал другой, примечательно – что почти про то же самое, только про Брексит.

Мне «Дни» понравились явно больше всех – и вот говорю о нем при таком (и вообще каждом) удобном случае. Очень жаль, что о нём мало писали - собственно, только Анна Наринская и (в своём блоге) Лена Макеенко, которая этот роман, собственно, на Ясную Поляну и номинировала.

Для меня этот текст важен по многим причинам – это и немецкая литература, такая редкая у нас вообще, и действительно отличный роман, возможно а том силе и потому, что базируется на жизни реальных людей.

https://ur-l.ru/fOGrJ

https://ur-l.ru/fOGrJ

«Дни убывающего света» Ойгена Руге: жизнь других

или что делать, развалилось всё, а умирать ещё рано
| Яндекс Дзен

Дарья Бобылёва - Вьюрки
(М.: Издательство АСТ, Астрель-СПб, 2018. — 416 с.)
🇷🇺

(запоздало, но под повод с тыквой)

Поводов вообще несколько - и день страшилок, и прошедший недавно «Самый страшный фестиваль» в Петербурге - вот Василий @SpeculativeFiction Владимирский тут пишет, как туда сходил и как раз «Вьюрки» выиграли сразу в двух номинациях. Теперь официально - это лучший хоррор-роман 2019 года. Дарье вручили два топора, и жаль не три, могла бы своё казино открыть.

Удивительным кажется, что книжка про дачный посёлок, который атаковал русский народный фольклор, за 2018-2019 год была, кажется, почти везде – и в лонге Большой книги, и в Ясной поляне, и в Новых горизонтах. Не буду рассуждать, что жанровая литература выбирается из какого-нибудь очередного гетто, но приятно же, в конце концов.

Василий у себя в посте ещё замечает, что «хоррор не стоит писать людям с тонкой душевной организацией» и сразу отчего-то вспомнился Стивен-я-боюсь-всего-Кинг, который обладает таким набором страхов, что просто зависть берёт. Я-то без тонкой душевной в этом отношении, но у Бобылёвой во «Вьюрках» есть одна такая жуткая сцена, что, кажется, стоит эту главу всем любителям жути почитать отдельно (так тоже можно – так уж эта книга удачно сконструирована).

На презентации новой книги Бобылёвой «Ночной взгляд» (вела Галина Юзефович) к Дарье при мне подошла читательница и говорит – моей дочке страшно понравились ваши «Вьюрки»! Ужасно страшно!

Спросили, сколько лет дочке – оказалось, одиннадцать.

Я тут, конечно, ничего такого не хочу сказать, в конце концов, седые дети - почему бы и нет, но тоже стало как-то жутковато. Ещё Дарья там же сообщила, что не очень любит людей, а вот всяких кровавых существ без голов - конечно, как их можно не любить. В общем, ужасно приятный паблик-ток получился, и книжка очень милая, и вообще, где мой новопассит.

Страшная история про дачу (потому что дача это всегда страшная история):

https://ur-l.ru/V8ljs

https://ur-l.ru/V8ljs

«Вьюрки» Дарьи Бобылёвой: не по-соседски вышло

Дача - это, конечно, ад, давайте без прелюдий. Дарья Бобылёва знает об этом очевидно не понаслышке - её дебютный роман «Вьюрки» как раз об этом практически инфернальном месте, где нужно собирать колорадского жука, полоть сорняки и делать совершенно нечего, ведь дача не на Рублёвке, а чёрт знает где, куда на автобусе, а потом ещё пешком семь вёрст. Положение может спасти разве что мысль, что со
| Яндекс Дзен

Шорт-лист регионального «Волга/НОСа» 2019/2020:

1. Александр Стесин — «Нью-йоркский обход» (М.: НЛО, 2019);
2. Александр Ярин — «Жизнь Алексея: Диалоги» (СПБ.: Издательство Ивана Лимбаха, 2018)
3. Даниил Туровский — «Вторжение. Краткая история русских хакеров» (М.: Individuum, 2019);
4. Алексей Поляринов — «Центр тяжести» (М.: Эксмо, 2018);
5. София Cиницкая — «Мироныч, дырник и жеможаха. Рассказы о родине» (СПБ.: Лимбус Пресс, 2019);
6. Алексей Сальников — «Опосредованно» (М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2019).
7. Линор Горалик — «Все, способные дышать дыхание» (М.: АСТ, 2019).

Про волгоносное

Моё новое (второй год) любимое мероприятие в конце года - это региональные дебаты Волга/НОСа, Нового года теперь так не жду, как момента, когда Кирилл Кобрин выходит на сцену и говорит про то, что мы объявляем КВН, сейчас из лонг-листа сделаем шорт, а мою книгу мы тут обсуждать не будем (роман самого Кобрина есть в лонге и из дискуссии его решили тактично исключить, потому что он тут ведущий).

Кто не помнит – литературная премия НОС, чьё основное жюри определит шорт-лист премии 31 октября на КРЯККе, пошла во все тяжкие в регионы.

В Нижнем Новгороде уже второй год подряд собираются местные звёзды культурной жизни и тоже определяют свой шорт-лист на открытых дебатах. В этот раз, по сравнению с прошлым годом, НОС на Волге прошёл куда быстрее и бодрее – даже в подсчёте голосов в этот раз никто не запутался.

Короткая текстовая трансляция такая:

Соавтор и соведущая подкаста «Партнёрский материал» Валя Горшкова:
которая за Туровского решила не голосовать, потому что, как оказалось, Туровский запланировал следующую книгу тоже про «ещё более крутых» хакеров, так что логично – пусть потерпит ещё годик. Голос улетел Алексею Поляринову (который предусмотрительно не рассказывает о своих планах на следующий год) с романом «Центр тяжести», а следом – роману Александра Стесина «Нью-Йоркский обход» - в литературе врачей Валя вообще видит спасение (дай пять).

Главред «The Village Нижний Новгород» Мария Гончарова:
которая признаётся, что очень плохо разбирается в книгах, но её всё время почему-то зовут и зовут в жюри. Номинирует Сальникова (сейчас я выдвину книгу, а вы все скажете – фуууу!), выражая заодно надежду, что Сальников сам напишет ей «спасибо» в фэйсбуке. Добавляет голос за Туровского («хотелось поддержать брата-журналиста»), потому что если у него украли Пулитцера, то «пусть хотя бы НОС получит».

Филолог и переводчик Вадим Михайлин:
который считает, что некоторым авторам можно сразу поставить диагнозы, у некоторых авторов «тексты сделаны неаккуратно» (Кононов, Стесин (надо было оставить только первую часть), Сальников (вялая, провисающая проза). Голоса отдаёт Туровскому (хотя когда текст начинается «одним пасмурным утром герой сидел в кафе» это чудовищно») и Софии Синицкой за книгу «Мироныч, дырник и жеможаха. Рассказы о родине» («такой чёрный буфонный немецкий романтизм»).

Художник Артем Филатов:
который долго говорит о романе Рыбаковой, но голосует за Туровского («начинал читать и думал, что это будет худшее, что я прочту»), а на втором месте - в том числе и потому что там есть художники, а Филатов (вот же повезло Поляринову) – художник, «Центр тяжести» («его нормально читать»).

Михайлин вмешивается и замечает, что «видно, что эта книга писалась… долго» и «история, которая рассказывалась в начале, не связана с историей в конце». Стрелков тут же сравнивает текст Поляринова с прошлогодним романом Анны Немзер «Раунд» (при этом он сильнее Немзер и «чётче»), но за Поляринова больше никто не голосует.

Далее Стрелков анализирует таблицу и рассуждает, а кому бы тут ещё дать место под солнцем. Долинин великий, но из другой оперы, Скидан классный, но книжка не этого года - ну и как тут выбрать.

После долгих мучений выбирает Линор Горалик и Александра Ярина.

Кобрин заключает: у московских коллег, очевидно, будет другой шорт-лист, но, очевидно, что нас шорт-лист круче их шорт-листа, не уезжайте в Тайланд, пожалуйста, а то мы будем выбирать победителя на новогодних праздниках, всем спасибо, относились! Ура!

Про немецкую книжную премию 2019

14 октября случился ещё один небольшой книжный праздник – вручили очередную книжную премию (и напомню, что на этом канале всё-таки и про немецкоязычное бывает тоже, а то про этих бедных немцев вообще никто и не рассказывает).

Речь, как уже понятно, не про Букер (про него и так, кажется, написали все), а про Немецкую книжную премию, которую вручали в ратуше Рёмер во Франфурте-на-Майне. Раньше там заседал рейхстаг, а сейчас вот писателей награждают.

На церемонии, которую можно было посмотреть онлайн, было весело: актеры читали небольшие кусочки из романов (вдруг кто из присутствующих не читал, а так хоть знать будет), после - показывали видеоролики про каждую книгу: авторы делились сокровенным, бархатный закадровый голос под музыку рассказывал про сюжет, а какой-нибудь член жюри, сидя в своём дубовом кабинете на фоне ста миллионов книг в финале резюмировал, какой восторг он испытал от романа про пчёл.

(удивительно даже, что никто это всё на два часа не растягивал, ансамбль песни и пляски на сцену не выходил и скучно не было никому: сделать из книжной премии практически евровидение, ̶и̶ ̶д̶а̶,̶ ̶н̶а̶м̶е̶к̶а̶ю̶ ̶н̶а̶ ̶с̶о̶б̶ы̶т̶и̶е̶ ̶и̶з̶ ̶п̶о̶с̶т̶а̶ ̶в̶ы̶ш̶е̶ - а что, так можно было?)

В шорт-листе было шесть совершенно разных книг (в лонг-листе было двадцать): четверо мужчин, две женщины, самому старшему писателю 68 лет (всем бы так выглядеть в 68, хозяйке на заметку: всё потому, что как пишут в die Welt, он каждый день ходит в сауну и тренажёрный зал).

Так, о чём это я.

Победителем Немецкой книжной премии 2019 года стал писатель и поэт Саша Станишич с неожиданным романом «Herkunft» (по моей версии перевода - «Происхождение»). Почему неожиданным – «Происхождение», помимо прочего, книга интерактивная – во второй её половине герой уже вместе с автором сам может решить, к какому финалу книги прийти, выбирая в конце главы свои варианты ответа.

В своей речи Станишич не удержался от критики Нобелевского лауреата по литературе этого года Питера Хандке: «Мне повезло избежать того, о чём Хандке в своих текстах не писал», - сыронизировал он. В 1992 году семья Станишича бежала из Вишеграда в Германию, в Гейдельберг, после того, как сербские войска оккупировали город во время югославской гражданской войны.

Расскажу про номинантов: шесть книг, где – опять про пчёл! Опять про антиутопию! Опять про расизм! Опять про поиски себя! Опять про геев! Опять про футбол!

https://ur-l.ru/UdGzO

Про яснополянное

На Ясной Поляне сегодня вручили премии в разных номинациях и там всё очень внезапное.

⚜️в номинации «Иностранная литература» победил Эрнан Ривера Летельер с романом «Искусство воскрешения» (Издательство Ивана Лимбаха, 2017. Перевод Д. Синицыной).

(Про роман наша ̶н̶е̶великолепная четвёрка писала в обзоре на «Горьком» вот тут - и да, всё-таки ожидаемо не сошлось конечно у взрослого жюри с блогерами, хоть книга и понравилась, кажется, всем).

Летельеру сейчас 69 лет и это, кажется, его одиннадцатый роман.

«Искусство воскрешения» - роман язвительный, ироничный и небольшой; что важно, за него Летельер уже получал премию Альфагуара в 2010 году (как Букер, только для испаноязычных книг).

Сюжетно похожего вообще можно вспомнить немало – в таких книжках Христос оказывается (вдруг!) очень человечным, справляет нужду в кусты (и вовсе не бабочками), ковыряется в носу, увлекается проститутками, в общем, хороший кандидат в депутаты. В современной русской прозе сразу вспоминается Олег Зоберн с его «Автобиографией Иисуса Христа» - но если тому, кажется, интереснее было возмутить, то у Летельера - философский взгляд на жизнь, на мирское, на веру и религию. Он действительно ироничен – но на жизнь без иронии смотреть скучновато.

Забавно, что, во-первых, сам Летельер в Бога не верит. Он говорит так: «я не верю в Бога, но думаю, что Бог верит в меня». А во-вторых, самая главная мечта писателя – получить Нобелевскую премию по литературе.
Ну, Нобеля пока не обеспечили, но как могли, так помогли, фром Раша, фром аур хартс!

⚜️В номинации «Современная русская проза» победил Сергей Самсонов с романом «Держаться за землю».

⚜️А в читательском голосовании «Современной русской прозы» ничего особенного не случилось, там, как и ожидалось, победил кот Савелий с книжкой про Григория Служителя. Правильные премии, ящитаю!

Пару слов про нобель-шнобель

Приятно получать в личку от людей тебя близко знающих поздравления с главной вчерашней новостью - австрийский писатель и драматург Петер Хандке получил Нобелевскую премию по литературе – так и я сейчас поздравляю всех, кто за Австрию-Германию болеет по любому поводу, за футбол или за выход новой книжки любого немецкоязычного писателя на русском языке (хоть у меня сейчас одну из лент и разрывает на тему того, что дали премию фашисту). Но что там, просто лишний повод, как пишет в фейсбуке Анастасия Завозова, попраздновать в пижаме за любого Нобеля - а тут, выходит, повода сразу два. Ура! Всех с праздником Нобеля двуликого!

Текстов по поводу Нобеля вчера было – вагон и маленькая тележка, и большинство из них читать оказалось невыносимо – некоторые критики, оказывается, любят списывать друг у друга, а ещё писали явно так, как будто за ними Константин Мильчин с розгами гнался и срочно требовал статью вотпрямщаз.

Один, например, так и написал про Хандке – немецкий писатель, а когда ему сказали, что писатель австрийский, не смутился – какая разница, русиш-беларусиш, австриец-немец, согласитесь, кто их там вообще отличает.

В другой статье пишут, что, во-первых, повесть «Страх вратаря перед одиннадцатиметровым», кажется, пьеса, потому что у неё есть акты, а «Долгое прощание» - тетралогия. Тетралогия у Хандке правда есть, но она называется «Медленное возвращение домой», а есть повесть - называется «Короткое письмо к долгому прощанию», там две части, одна из которых называется «Долгое прощание». «Старик-рассказчик» из «Неба над Берлином» там же - ну лааадно.

В третьем материале «Страх вратаря» называют уже романом. Нет согласия и по тому вопросу, с чего начала свой творческий путь Ольга Токарчук – один пишет, что с романа, вторая – что со сборника стихов. В этом споре побеждает женщина, но только по этому пункту – в её статье ошибки находились чуть ли не в каждом абзаце – перепутанные века (это уже, правда, поправили), фактчекинг, который не чекинг: «вышло уже четыре книги Ольги Токарчук» или «В мире больше всего известны его работы «Скорбь за пределами снов» о самоубийстве матери и...».

Окей, эта повесть в России называется «Нет желаний — нет счастья», на русский язык её переводила Инна Каринцева. Из бонусов, в той же статье даже 9 миллионов шведских крон как-то превратились в 1,1 миллионов долларов неизвестно по какому курсу.

В четвертых-пятых-десятых материалах корреспонденты посмотрели в тот же goodreads и сообщают, что Ольга Токарчук - та самая писательница с романом «Flights» («Полёты»).

На Первом канале пишут, что за «Бегунов» Токарчук получила Букера (эх, вот фантасты - пока только Международного). На вести.ру сообщают, что Токарчук с Хандке поделят на двоих 9 миллионов шведских крон (где-то пишут - 8 миллионов, а то 9 многовато), что, конечно, неправда, дураки они что ли, делиться. Там же не могут разобраться, сколько Хандке лет, в другой статье пишут, что Токарчук у нас так себе известна - её почти и не читает никто («в нашей стране попытки привить прозу Ольги Токарчук пока не прижились»). А «Небо над Берлином» - это, оказывается, роман, по которому сняли великое кино.

Понятно, что все мы косячим ежедневно, да и написать в горящие сроки по срочному событию – сложная задача, но непонятно, во-первых, для чего высшим разумом нам даны редакторы - где-то что-то быстро исправили, но во всех этих примерах - всё так и осталось сутки спустя. Во-вторых, всем, кто работает с текстами, пора выдавать молоко - больно профессия вредная. Ну и как это всё всерьёз-то читать, если всех в гугле забанили.

А где забанили сотрудников Комсомольской правды, я вообще рассказывать не буду, вдруг меня дети читают.

Новое харарездание в наших библиотеках – уверена, что во всех лентах людей, интересующихся книжками, нынче одна новость – про то, как, оказывается, у нас издали роман «Благоволительницы» Литтелла, так что эти #бескультурные_новости о том же.

Об этом уже написали все крупные СМИ, «Медуза» публикует примеры правок, сам Литтелл дал интервью порталу Горький, а сегодня там же вышел новый материал, где уже теперь издатель в стиле «получи, фашист, гранату» рассуждает о том, что текст же стал, стал лучше, правок было мало, их почти не было, что такое 5 страниц против 900. В финале, кстати, выложен файл с правками - спасибо, очень иронично в контексте выглядит.

Столько внимания АдМаргинемцы не получали давно (хотя… погодите.. ПОГОДИТЕ).

А ведь ещё в начале сентября главред издательства пояснял за переиздание, а редактор Томашевская комментировала свои действия (почему-то в третьем лице):

«дело не в затянутости (хотя, говоря откровенно, сильно затянут весь роман), а в абсолютной беспомощности перевода этих сцен. А коль скоро они ничего не вносили ни в суть, ни в художественную форму, служили своего рода принятым нынче "прицепом", то редактор с ними без сожаления и расстался. Вероятно, редактору следовало оставить эту эротическую жвачку, дабы читатели в полной мере оценили вкус автора и мастерство переводчика».

Переводчику, в общем, тоже до кучи влетело – и, несмотря на комментарии, хотелось бы сначала сличительные пруфы, а то слишком скучно.

Выходит, что беспомощные тут все (и автор тоже, который вискаря нажрался и давай романы строчить) - именно так беседуют о романе на радио «Свобода» в январе 2012 года.

Фанайлова: Есть факт, что он писал роман в России, в Москве, запершись в номере с ящиком виски..
Томашевская: Ему было, конечно, невредно, выпив ящик виски, потом роман перечитать. Все-таки я настаиваю на том, что повторов там слишком много. И роман только бы выиграл, если бы их не было.

А далее Ливергант буквально и говорит:

«всякого рода редакционные сокращения роман бы абсолютно испортили. Мы не говорили о музыкальном характере построения романа, о сквозных повторных темах. И если бы мы, вооружившись ножницами, начали монтировать эту книжку, то мы бы, безусловно, вылили с водой и ребенка».

Как в воду глядел, в ту самую!

Меж тем, например вот тут некоторые (не абы кто, а ведущие критики страны) высказываются в духе: «а че такого», «да там больше 200 страниц надо было вырезать», ну и конечно, как обычно, пытаются спутать мухи и котлеты (с прошедшим, Владимир Владимирович), сводя всю историю к банальному «давайте не травить издательство».

Давайте – я вот буквально только что купила на Озоне их книжку про Гитлера, но всё-таки нет, какой-то сюр. В тех же комментариях само издательство пришло и маргинально послало несогласных в жопу. Нет, ну а что?

Вопросы: ну а что делать, если у писателя не было редактора (тут бы спросить переводчика Сергея Штерна, который достал шведского писателя Никласа Нат-о-Дага в Стокгольме и рассказал ему про всякие исторические неточности в романе «1793», и вместе они потом всё поправили), надо ли издательству делать покерфейс и править авторский текст, не спрашивая автора, ну и что, что текст его собственность, пусть научится не повторяться (тем более он, как мы помним, алкоголик-вискарист). За что там вообще Гонкуровскую премию дали, никто не знает?

Ну и, самое главное, что делать читателю, пока они там все ругаются.

Понятно, что хочешь Литтелла без купюр, то иди в магазин и покупай новое издание, или учи, салага, языки.

Между тем, где-то в Миннеаполисе одиноко сидит писатель Марлон Джеймс и не знает о дискуссиях про перевод его романа в наших интернетах. Эх, кто б его надоумил интервью порталу «Горький» срочно дать? Марлон, ну ты чего, давай к нам в Россию, у нас тут весело!

https://ur-l.ru/gXAlq

Джонатан Литтелл рассказал, что в 2011 году в России сократили «Благоволительниц» на 20 страниц «Медуза» публикует комментарии издательства и некоторые утраченные отрывки — Meduza

Издание «Горький» 8 октября опубликовало интервью писателя Джонатана Литтелла, в котором он рассказал о сложностях, связанных с выходом его романа «Благоволительницы» в России в 2011 году в издательстве Ad Marginem. По словам Литтелла, после вмешательства редактора Марии Томашевской из российского издания исчезло около 600 фрагментов книги (в общей сложности — 20 страниц текста). «Они напечатали что угодно, но не мою книгу, ее текст отцензурирован. На что мне ответили [в издательстве]: это не цензура — это улучшение», — рассказал писатель.
| Meduza

Шимун Врочек, Юрий Некрасов – Золотая пуля
(ЭКСМО, Серия: Сломанный миф 2019. — 419 с.)
🇷🇺

У этого текста сложная судьба – и, собственно, понятно было, что для одного литературного журнала книжка была неформатная, а в другом некий главред сообщил, что они ждут обещанного от другого автора (не сложилось, как выяснилось, и с ним), потом я вообще про «Пулю» забыла, но ненадолго, потому что некоторые душу вынут, но заставят написать, ̶д̶а̶,̶ ̶Ю̶р̶а̶,̶ ̶я̶ ̶э̶т̶о̶ ̶п̶р̶о̶ ̶т̶е̶б̶я̶!̶

(да, кстати, у Юрия Некрасова вчера был день рождения - и бегите ему желать щастьяздоровья на его канал @waitmanfear. Юра, пиши ещё! Не знаю, как там это у тебя получается, но это, конечно, пуля!

А ещё не говорите, что я вам не показывала вот этот вот рассказ, хотя нет, лучше сделаем вид, что я вам его не показывала).

По поводу «Пули» скажу вот что: я не знаю людей, которым я могла бы с чистой совестью сказать – почитай это, тебе понравится. Кажется, у меня нет таких знакомых (хотя, может, я слишком хорошо про них думаю). С жанром всё сложно (треш-хоррор-вестерн-сплаттерпанк-роман – как вам такое?) – кровькишкираспидарасило подошло бы лучше, могли бы на обложке так и писать, чтобы сразу все понимали, что здесь каждые три страницы кому-то отрывает голову, руку, ногу, кого-то вешают, а кто-то давно уже помер, но ещё не понял, что это с ним такое случилось, а запах, ну тут ото всех воняет, в конце концов.

В «Пуле» три истории, связанные в одно – и это не самое простое путешествие. Начинается всё со стрелка, который преследует монстра с иголкой (не спрашивайте). Мальчик Джек везде ходит с кровоточащим коровьим черепом. Девочка Бетти – про неё помолчим, но там тоже ничего хорошего. Тут слишком много всего, и половины наверняка не считано (второе чтение помогло, но не особенно): Маккарти, Бирс, Гайдар (!), кажется, Маккамон, Лавкрафт, Кинг, Голдинг и ещё наверняка столько же литературных имён. Библейские отсылки, кинематографические намёки, вездесущая кровь, шагу не ступишь, как вляпаешься.

Понравилось уже не помню где увиденное – как Юрий Некрасов, отвечая кому-то в комментариях, сказал: «за себя пусть текст отвечает, нас там уже нет».

«Их там уже нет» - хороший мог бы быть заголовок.

https://ur-l.ru/BhDiB