Пишу. В основном о книгах. Иногда — книги. Лучший способ сказать мне спасибо – купить мои книги:
роман:
https://www.labirint.ru/books/679713/
сборник эссе:
https://www.labirint.ru/books/679480/

​​Последние два месяца я провел в обнимку с «Кровавым меридианом» и пачкой монографий о Кормаке Маккарти. Пока писал о нем, еще раз убедился: КМ — один из лучших романов в истории. Рассказываю на «Горьком», что в нем такого особенного, почему он великий, и при чем тут меридиан:
https://gorky.media/context/temnoe-vremya-v-istorii-novogo-sveta/

And but so если вам понравится текст, напоминаю — у меня недавно целая книжка таких текстов вышла, и ее даже можно купить: https://www.labirint.ru/books/679480/

​​Мои «Почти два килограмма слов» уже в продаже, купить их можно, например, на «Лабиринте» или в «Читай-городе», поэтому здесь я хотел бы отдельно выразить огромную благодарность своим друзьям-коллегам, которые всегда терпеливо читают мои черновики, дают советы о том, как их улучшить, и подбадривают в трудные времена. Я благодарен Евгении Гофман, Микаэлю Дессе, Сергею Карпову, Игорю Кириенкову, Ксюше Лукиной, Ольге Любарской, Егору Михайлову, Марии Пирсон, Владимиру Вертинскому, Феликсу Сандалову. Этой книги не было бы, если бы не ваша помощь. Отдельное спасибо редактору Павлу Грозному, который помог объединить и собрать все эти очень важные для меня тексты под одной обложкой.
Обложка, кстати, тоже огонь, ее делал Максим Балабин.

Купить — здесь: https://www.labirint.ru/books/679480/

*гениальное фото стащил из инстаграма «Подписных изданий»

Спасибо большое, @Slowlearner.
На самом деле эта книга фактически и началась в той поездке в Ясную Поляну в 2016-м, когда Игорь заказал мне текст о Доне Делилло для "Афиши".

| Forwarded from I'm Writing a Novel

​​помню как сегодня: сентябрь 2016-го, дорога до Ясной Поляны и длинный («а помните?», «а как вам?») разговор с новым знакомым, про которого я уже знал, что переводчик, что любит и умеет рассказывать об американском виртуозном. на месте — но чуть позже во времени — были заказаны материалы о Делилло и Фостере Уоллесе, и в течение года, что я редактировал книжную (левую? правую?) половину раздела «Мозг» в «Афише Daily», выходили — один другого бойче и краше — тексты за подписью Алексея Поляринова.

может быть, вы успели оценить стилистическое богатство «Бесконечной шутки», которому так замечательно ассистирует русский перевод. почти наверняка — порадовались, когда Лешин роман «Центр тяжести» попал в лонг-лист «Нацбеста». только что на Букмейте появилась его книга «Почти два килограмма слов» — сборник главных (от обзорного про Кинга до скандального о Макьюэне) поляриновских эссе: расширенных, дополненных, уточненных. вскорости появится и бумажная версия — с такой вот эффектной обложкой.

для полного погружения — несколько побочных (как, впрочем, посмотреть) ссылок:

— первый (в авторском определении, «нулевой») роман Алексея «Пейзаж с падением Икара»

— выпуски его подкаста «Поляринов говорит»: на Букмейте и в iTunes (там с бонус-треком!)

квартирник-презентация «Шутки», «Центра тяжести» и любимого нашего журнала «Пыльца» в петербургском книжном «Все свободны» (обратите внимание: ребятам нужна помощь с переездом)

| Forwarded from Дистопия

«Фарго», Ной Хоули и проблема главного героя | ≈3 мин.

У колумниста «Дистопии» (а еще переводчика «Бесконечной шутки», а еще автора мощнейшего романа «Центр тяжести») Алексея Поляринова выходит сборник публицистических текстов «Почти два килограмма слов». Мы публикуем один из них. В нем Алексей вскрывает метод сценариста Ноя Хоули — автора телевизионного переосмысления фильма «Фарго» братьев Коэнов.

Предзаказ книги уже открыт на «Лабиринте»: vk.cc/8Wqv1g

https://dystopia.me/fargo/

https://dystopia.me/fargo/

«Фарго», Ной Хоули и проблема главного героя

Фильм «Фарго» многие считают одной из лучших работ братьев Коэнов. В 2006 году, спустя десять лет после выхода, картина была признана национальным достоянием и включена в Национальный реестр фильмов США. На этом, впрочем, история «Фарго» не закончилась — в 2014-м канал FX запустил одноименный сериал. Шоураннером проекта стал Ной Хоули, который занимался не только производством, но и был единственным сценаристом. И в первых двух сезонах он в целом старался сохранить структуру оригинала и верность братьям Коэнам: в них фигурировал типичный бестолковый дурень, который своей дуростью запускает цепочку страшных событий, еще там была сотрудница полиции, с виду наивная и безобидная, которая идет по следу из трупов и пытается понять, что здесь черт возьми происходит.
| dystopia.me

​​​​Пока писал о Макэлрое, вспомнил еще три романа с похожими мотивами — о том, как избирательно работает память, и о зазоре между тем, что случилось, и тем, в чем мы сами себя убедили, что оно случилось.
У Джона Ирвинга есть роман «Покуда я тебя не обрету» (Until I find you). В первой части главный герой, Джек Бернс, рассказывает, как в детстве колесил с матерью по Европе, пытаясь отыскать отца. Затем, во второй половине текст ломается, и Джек понимает, что его мать не искала отца, она преследовала его и шантажировала маленьким сыном. Причем, сам Джек, похоже, знал об этом, или как минимум догадывался, но предпочел забыть; все доказательства были у него перед носом, но в детстве он так и не смог, — или не захотел, — собрать из них связную картинку.
>>>
Что-то подобное, мне кажется, было у Донны Тартт в «Маленьком друге». Это ведь тоже, помимо прочего, роман о том, как избирательно наш мозг работает с памятью. Там есть эпизод, где главная героиня, ребенок по имени Гарриет, увлекшись археологией, задается вопросом: каким это образом ученые по одной кости могут определить, как выглядел целый динозавр? И главное — какого он был цвета? Как можно определить цвет кожи давно вымершего животного по одной берцовой кости?
Затем эта метафора выстреливает в самом конце, когда становится ясно, что сама Гарриет свои представления о прошлом достраивала точно так же, как археологи — скелеты динозавров.
>>>
И третья книга — «Предчвуствие конца» Джулиана Барнса. История и ее переосмысление — вообще сквозные темы у англичанина, но именно в «Предчувствии» он обыгрывает прием «ненадежный рассказчик, который вдруг узнал, что он ненадежный».
Главный герой, Тони Уэбстер, вспоминает юность, своего друга Эдриана и девушку Веронику. Однажды Эдриан присылает Тони письмо, в котором признается, что встречается с Вероникой. Тони, конечно, негодует, но проявляет тактичность и отвечает другу сдержанно и вежливо. Спустя годы Вероника показывает Тони то самое письмо, и Тони видит, что на самом деле оно наполнено не благородством, как ему казалось, а желчью, инфантильностью и обидой.
Вообще, конечно, если кто-то и смог в своих книгах раскрыть тему непознаваемости и хрупкости прошлого, то это Барнс. Вот мой любимый пассаж из «Истории мира в 10 1/2 главах»:

«История? Всего лишь эхо голосов во тьме. Мы лежим здесь на больничной койке настоящего (какие славные, чистые у нас нынче простыни), а рядом булькает капельница, питающая нас раствором ежедневных новостей. Мы считаем, что знаем, кто мы такие, хотя нам и неведомо, почему мы сюда попали и долго ли нам придется еще здесь оставаться. И, маясь в своих бандажах, страдая от неопределенности, — разве мы не добровольные пациенты? — мы сочиняем. Мы придумываем свою повесть, чтобы обойти факты, которых не знаем или не хотим принять...»

​​Читаю Lookout Cartridge Джозефа Макэлроя. Идея такая: двое друзей, Картрайт и Дэггер, сняли авангардный фильм «ни о чем» — такая нарезка случайных эпизодов: съемки фейерверков в Уэльсе, затем — кто-то упаковывает вещи в чемодан, затем — запись игры в софтболл в Гайд-Парке и так далее. Вроде бы ничего особенного, но дальше разворачивается по-настоящему пинчоновский паранойдный сюжет: Картрайт узнает, что картридж с фильмом уничтожен; кто именно его уничтожил — неясно, известно лишь, что эти таинственные люди теперь пытаются выяснить, успел ли кто-то из авторов сделать копию.
Рассказ ведется от первого лица, у тут Макэлрой проворачивает очень интересный прием — его герой, Картрайт, — ненадежный рассказчик; но хитрость в том, что сам он не знает об этом; или точнее — он врет не читателю, он врет себе и всякий раз удивляется тому, насколько искаженным было его представление о том или ином событии. Он, например, совершенно случайно узнает, что во время съемок фильма в кадр, судя по всему, попали люди, которых не стоило снимать, и теперь они, эти люди, похоже, всюду преследуют его.
Примерно в этом месте меня осенило: черт, да это же буквально сюжет «Фотоувеличения» Антониони (снятого по рассказу Кортасара «Слюни дьявола», который в свою очередь вдохновлен фильмом Хичкока «Окно во двор», который в свою очередь снят по рассказу Корнелла Вулрича «Наверняка это было убийство). Там ведь такая же идея: фотограф в парке замечает двух людей и тайком начинает их снимать, затем к нему в студию приходит девушка, ведет себя странно и требует отдать ей пленки. Фотограф выпроваживает ее, садится проявлять пленки и только тут до него доходит, что он заснял убийство.
>>>
В 1975 году ученые Даниель Симонс и Кристофер Чабрис провели эксперимент: зрителям показывали запись с игрой двух баскетбольных команд и просили их подсчитать количество передач. В процессе игры из угла в угол по площадке ходил человек в костюме гориллы, но никто из зрителей его не заметил — все были слишком увлечены подсчетом передач.
Этим экспериментом психологи хотели доказать, что в нашем мозге нет никаких особых фильтров, автоматически сортирующих информацию. Иными словами, существует зазор между тем, что мы видим, и тем, что мы помним о том, что видели. Именно в этом зазоре работает Джозеф Макэлрой, в своем романе он обыгрывает идею слепоты невнимания.
Например, в книге есть момент, когда Картрайт понимает, что его дочь, Дженни, которая перепечатывала его кино-дневник, возможно, знает о нем гораздо больше, чем он сам знает и помнит о себе, и более того — она совсем иначе смотрит на события, описанные им же, т.е. выражаясь фигурально, пока он «подсчитывал передачи», она увидела ту самую гориллу, шагающую по страницам его кино-дневника.
На этом приеме — неуверенности и постоянном ощущении ускользания фактов — построен роман.
Обычно ненадежный рассказчик в книге чего-то недоговаривает а иногда и вовсе намеренно врет и подтасовывает факты. Макэлрой выворачивает эту формулу наизнанку. Его «Смотровой картридж» — роман о том, как ненадежный рассказчик мучительно осознает свою ненадежность.

​​Вот такая книжка выйдет в самом конце января в издательстве Individuum.
«Почти два килограмма слов».
Рассказываю в ней о том, как важно нарушать правила, и о том, что в канон попадают только те, кто его попирает. А также о стирании границ между «высоким» и «низким» искусствами, и о писателях, которые способствуют этому стиранию и изобретают новые способы рассказывать истории.
Наконец-то!

Дал на «Прочтении» еще несколько советов о том, как правильно читать ту-самую-книгу:

5) Читая «Шутку», вы не раз наткнетесь на очень странные сочетания слов вроде «И но в общем». Это не ошибка корректора, это авторский знак. Уоллес очень любил начинать предложения с «And but so». И да, по-английски это звучит так же нелепо, американцы тоже бесятся, это нормально.

6) Если роман вам не понравится, в этом нет ничего страшного; и если вам не зашла книга, которую все обсуждают, — это вовсе не делает вас (или всех остальных) хуже или глупее. «Бесконечная шутка» — роман на любителя, очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень-очень на любителя. Его объем и охват тем как бы намекают на это. Если вам стало скучно читать, смело откладывайте книгу. Как будет настроение — вернетесь.

7) На вопрос «Зачем ее читать?» у меня только один ответ: «Потому что она существует»
https://prochtenie.org/texts/29677

https://prochtenie.org/texts/29677

Вышла! или 9 советов читателю «Бесконечной шутки» - рецензии и отзывы читать онлайн

Вдохновившись опытом зарубежных коллег, мы предложили переводчику Алексею Поляринову составить свой список рекомендаций для тех, кто всерьез вознамерился прочесть «Бесконечную шутку» Дэвида Фостера Уоллеса..
| prochtenie.org